Мораль и право

29.05.2017
Раздел: Публикации

В Орловской области разразился скандал. Начало истории положило достаточно рядовое событие – епископу Ливенскому Нектарию подарили автомобиль Toyota Land Cruiser V8 мощностью 288 лошадиных сил и стоимостью около 6 миллионов рублей. К слову, на эти деньги в Орле можно купить три квартиры. Событие вызвало реакцию в федеральных и местных СМИ, одним из которых стали «Орловские новости». Именно они и оказались в эпицентре скандала: не прошло и недели после публикации резонансной заметки, как в редакцию пришло электронное письмо за подписью епископа Нектария, содержащее угрозы засудить издание по статье «об оскорблении чувств верующих». Позднее письмо было объявлено подложным, а вся ситуация – провокацией, однако к тому времени скандал уже успел набрать обороты и вызвать реакцию общественности. Например, одним из самых ярких можно признать высказывание орловского губернатора Вадима Потомского, под покровительством которого был открыт первый в истории памятник Ивану Грозному. Он заявил, что «Бог не фраер», а журналисты не имеют права критиковать Нектария. «Все решит Божий суд», – сказал глава региона. Конечно, подобные комментарии лишь способствовали накалу страстей. И, на наш взгляд, именно реакцию общества можно считать самым показательным аспектом этого скандала.

С точки зрения права к епископу и дарителю никаких претензий быть не может: один подарил честно заработанное, другой принял дар. С точки зрения общей морали епископу можно предъявить претензию только за письмо (если оно вообще было), а точнее, за формулировку про оскорбление чувств верующих. Прятаться за авторитет церкви – не самый высоконравственный поступок. В свою очередь, губернатор, будучи представителем власти, не имел права говорить, кого можно критиковать, а кого нельзя. В соответствии с законодательством, у нас нет людей вне критики.

Как видим, ни одно из этих «прегрешений» не тянет на скандал. Но скандал случился, причем принял федеральные масштабы. Почему? На наш взгляд, на это есть весьма глубокая причина, и именно ее глубина определила столь бурную реакцию общества. Чтобы понять суть проблемы, вспомним, что верхушка церкви в России в целом и в регионах в частности является частью элиты. К элите относится та часть общества, которая концентрирует ресурсы, позволяющие ей существенно влиять на его жизнь, и данное определение прямо применимо к руководителям религиозных организаций, и в первую очередь РПЦ.

Как известно, российская элита – это элита молодая. А значит, для нее главное – сохранение и упрочнение занимаемого высокого положения, поэтому она эгоистична (обращена на себя), агрессивна (воспринимает любую чужую активность как посягательство на себя) и вынуждена демонстрировать свой статус через внешние признаки (тяга к показной роскоши).

Как часть элиты верхушка церкви вынуждена играть по обозначенным выше правилам, что входит в жесткое противоречие с ее ролью высшего морального авторитета (судьи деяний всех и каждого) и радетеля за вечные ценности. Любой поступок, который по отношению к другому будет восприниматься как ошибка, в случае если его совершит церковный деятель (особенно архиерей как носитель высшей благодати), будет оценен обществом как преступление. Именно это и произошло с епископом Нектарием.

Какой вывод надо сделать из данной ситуации? Что обозначенное выше противоречие должно быть разрешено, или церковь как институт потеряет свой моральный авторитет, а значит, и право олицетворять высшую истину – то есть перестанет быть церковью. К этой черте она уже подходила перед революцией, после которой вдруг выяснилось, что влияние церкви на жизнь людей не так уж велико. Только красный террор вернул ей авторитет и спас от краха. С другой стороны, выйти из элиты тоже нельзя: присутствие в ней и воздействие на нее – важнейший ресурс.

Итак, кризис есть, но преодолеть его сегодня будет намного труднее, чем век назад. Собственно, выход для церкви только один: внешне играя по правилам, внутри жить по своим собственным законам. Архиереи, придерживающиеся данной стратегии, есть, но в такой ситуации высок соблазн поменять внешнее и внутреннее местами.

Подведем итог.

Сегодняшнее положение иерархов церкви очень трудное. Их элитарность подрывает их духовность, что, в свою очередь, подрывает авторитет церкви среди граждан и может привести весь институт к кризису. История с епископом Нектарием – частный случай этого процесса. Для разрешения противоречия есть только один выход: совершить внутренний подвиг при внешних атрибутах элитарности. Способны ли на него наши элитарии в рясах? Ответ на данный вопрос определит, сохранится ли церковь как живой организм. В любом случае, как говорит губернатор Потомский, «Бог им судья». Только суд может оказаться очень жестоким.

 

Дмитрий Журавлев